Arseny
[Recent Entries][Archive][Friends][User Info]
Below are the 20 most recent journal entries recorded in the "Arseny" journal:[<< Previous 20 entries]
|
09:42 am
[Link] | http://aqua-frizzante.livejournal.com/102544.html
Дискуссия о свойствах Бога (предельная апофатика), а также о различиях понимания Бога в Индуизме и Христианстве. Дошли уже до моих любимых вопросов: можно ли утверждать, что Бог Благ, и можно ли утверждать, что в Боге снимается противоречие между Бытием и Небытием.
Tags: откровение, ссылки
|
|
10:31 am
[Link] |
Дети
Исус любил детей. И мы в большинстве случаев любим детей. Дети славные, весёлые, их можно трепать по голове. Но мне кажется что-то здесь не так; не так всё просто.
Мы любим детей за то, что у них всё впереди. За то, что ещё есть надежда, что из них вырастут люди, которые бы нам понравились. Не потому, что они чистые, или светлые, – нет. Дети завистливы, лживы, жестоки; они поджигают собак (или для начала режут червяков лопаткой), они капризны и ужасно эгоистичны. Дети сами по себе – довольно противные создания. Но мы прощаем им крики, ор, стравливание взрослых, шкодливую глупость – за то, что когда-нибудь из них, может быть, вырастет что-то хорошее. Из нас уже точно ничего не вырастет; и из соседа по лестничной клетке не вырастет, и вообще взрослые люди уже готовы, уже созрели, и они, скажем прямо, довольно ужасны. А у детей ещё есть шанс (нам понравиться). Они ещё могут, если постараются, и если повезёт, воплотить в жизнь наши мечты.
В том, что мы любим детей именно за будущее, а не за их детскость, легко убедиться. Например, никто не любит дураков, даже если они ведут себя точно как дети. У Стейнбека в "Людях и мышах" есть такой герой – Ленни – дурачок, здоровый взрослый дядька с мозгами ребёнка. Никто его не любит. И в жизни таких не любят. Добрые люди их жалеют, но их не любят. Казалось бы, какая разница – большой дурачок, или маленький? Но их не любят, потому что у них нет будущего.
Другой пример – дети-дауны. У нас на работе есть программа пожертвований, и сотрудники могут отчислять часть зарплаты на разные проекты: помощь детям больным раком, пороками сердца, итд. Так вот раковым детям жертвуют все. Даунам – никто. Разница в объёме пожертвований – раз примерно в 1000 – огромная разница. Можно давать этому выбору много объяснений, но главное, мне кажется, в том, что у детей-даунов "нет будущего", а у раковых больных – оно по крайней мере может быть. Нет, конечно, большинство из нас умом догадывается, что ребёнок-даун, если ему помочь, будет жить несколько десятков лет, и жить счастливо, и даже может приносить "пользу". Но с обывательской – интуитивной, инстинктивной, архетипической какой-то точки зрения, – у него всё равно нет будущего. У ракового ребёнка с мизерной вероятностью исцеления – есть. А у Дауна – нет. Почему? Потому что на самом-то деле нам безразлична жизнь ребёнка, жизнь другого человека вообще. Мы готовы инвестировать в детей только потому, что, как нам кажется, у них есть шанс реализовать что-то такое, о чём мы сами мечтали. В Дауна инвестировать нет смысла; он всё равно не сможет "отплатить" чем-нибудь хорошим (даже не нам лично "отплатить" – просто "отплатить"). Мы не идентифицируем себя с ним! Наша "любовь", к сожалению, – это почти всегда на самом деле утлая, унылая "инвестиция"; пусть как правило и не на сознательном уровне, а на уровне "популяционной стратегии выживания". Мы любим не бескорыстно. Дети – это мечта. Мечта о том, что когда мы умрём, кто-то из них продолжит наш путь. И, увы, мы любим их именно за это.
Третий пример – опять из литературы, из "Истории Бенджамина Баттона". Вспомните, или посмотрите последние минуты одноимённого фильма (я сам не могу это читать, и не могу смотреть, у меня что-то рвётся внутри от самой идеи). Страшно? Это ещё страшнее чем детская смерть. Потому что это не просто ребёнок без будущего, это профанация, издевательство над самой идеей детства. Ребёнок наоборот. Ужас. Ужас!
И вот тут, возвращаясь к первоначальной теме, мне кажется, мы разительно расходимся с Исусом. Я просто-таки уверен, что Исус любил детей не за то, что они "в принципе ещё имеют шанс реализовать истинное предназначение человека". Не за то, что для них "идея человека" ещё не вполне обезображена. А именно потому, что они дети. Исус знал, что дети вырастут такими же грешными и изломанными людьми как и взрослые вокруг него. Он знал это: не как "знает" усталый циник, а почти как Бог, для Которого время – всего лишь очередное тварное измерение, ничем не хуже и не лучше пространства. Мы же не любим своих родителей в этой части комнаты больше, чем в другой? Так с какой стати люди сегодня достойны большей любви, чем через двадцать лет? Он знал это; и ещё Он знал, что детство имеет смысл само по себе, и достойно любви независимо от "надежды на будущее". Я уверен, если бы к Исусу пришла толпа имбецилов из соседнего города, и апостолы препятствовали бы им пройти к Нему, он одёрнул бы их точно так же, и обратился бы к нелепым старым дурачкам с тем же приветствием. Блаженны блаженные! Дело не в том, что дети маленькие. Дело в другом.
Дети прекрасны тем, что они цельны. Когда они лгут – они лгут так сильно, что это всем становится очевидным. Когда они обижаются – они обижаются целиком. Они не играют, они не разделяются внутри себя, они чужды рефлексии. Они по нищете своей следуют главному аскетическому правилу: не пытаются подделываться, не пытаются "изображать". Они меняются – где возможно. А где невозможно – остаются такими как есть. Если они хотят измениться – они стараются. Если нет – значит нет. Они не играют.
В психотерапии регрессия – отбрасывание человека назад, к детскому опыту, к детскому состоянию в мире, – это первый шаг к помощи, к выздоровлению. Взрослый человек безнадёжен. Он обложен тысячами слоёв защиты: ролей, личин, масок, самооправданий, компенсационных механизмов, истерических попыток выдать себя за кого-то другого. Чтобы достучаться до сердцевины человека, нужно выковырять его из этой раковины, из этой шелухи. Нужно для начала дать ему возможность регрессии, дать ему хоть на миг "впасть в детство". И только потом с ним можно работать. Эта аналогия между психотерапией и Евангелием просто поражает при первой встрече. Пока не станете как дети – нет шансов изменить что-то к лучшему, даже в этой жизни.
Готовы ли мы любить безнадёжного, умирающего ребёнка? Ребёнка с улицы – тоже в каком-то смысле безнадёжного? Капризного нелепого старика – в прямом смысле умирающего? А Исус любит. Исус говорит, что вопреки всему ИХ есть Царствие Небесное. Странно, да? Так трудно Его понять!
Tags: боль, дети, люди, мысли, психология
|
|
12:49 pm
[Link] | Путь от Дазайн к ДаоДеДзин ведёт через практику ДзаДзен.
|
|
08:04 pm
[Link] | Филип Янси пишет:
I have learned to attend to fainter contacts between the seen and unseen worlds. I sense in romantic love something insufficiently explained by mere biochemical attraction. ... I sense in compassion, generosity, justice, and forgiveness a quality of grace that speaks to me of another world, especially when I visit places, like Russia, marred by their absence.
Ишь. Обидно даже как-то.
Tags: цитата
|
01:55 pm
[Link] |
Книги
Несколько списков "Самых важных книг", разные версии:
100 наиболее влиятельных книг всех времён по версии Newsweek, забавная тем, что Библия на 41м месте, Лолита - на 4м, а Достоевского нет вообще. Из первых 20ти книг я не читал 55%, впервые слышу 20% (вплоть до незнакомства с авторами).
Какой-то проект, в котором просили 100 книжных авторов (т.е. вроде как не с улицы) назвать 10 лучших книг, а потом обобщили. Тут я знаю, на первый взгляд больше, но зато читал даже меньше.
Список, составленный Гессе (аргументированный).
И пара статей из Википедии: по количеству языков перевода, по количеству проданных копий. Видно, что копии - это просто лажа (Мао лидирует); языки чуть получше, но всё равно в основном маркетинговые волны, а не литература. Лучший список был бы - количество _изданий_ (включая интернациональные) - вот это было бы интересно. Можно попытаться нормировать на время жизни книги с момента написания. Но такого в Википедии похоже нет.
(Чтобы понять, насколько интересный получился бы рейтинг - посмотрите вот эту статью Аннинского о Мельникове-Печёрском: Ctrl-F по ключевой фразе "Вверху таблицы, с гигантским отрывом", и вокруг неё: где-то один экран наверх, и один экран вниз =)
В целом основной вывод для меня лично: я продолжаю оставлять классику "на потом", полагая, что она-то уж точно никогда никуда не денется - и поэтому рискую умереть, так и не прочтя Top 10 most important books ever written.
Tags: книги
|
|
08:39 pm
[Link] |
Повесть...
ПОВѢСТЬ О ХОЖЕНІИ ВЪ ИТАЛІЙСКУЮ СТРАНУ СВЯЩЕННОИНОКА СИМЕОНА
ВЪ ЛѢТО 7516-е ОТЪ АДАМА, ОТЪ РОЖЕСТВА ХРИСТОВА ВЪ 2007-еЕсть на сѣверѣ Италійскія страны, въ предгоріяхъ Альпъ, монастырь, нарицаемый Бозе, пятьдесятъ километровъ отстоящь отъ града Турина. Болѣе четыредесяти лѣтъ прежде сего, нѣкій мужъ, именемъ Энцо Бьянки, здѣ вселися на единой велицѣ полянѣ между лѣсовъ, на мѣстѣ покинутаго хутора. Помалѣ начаша къ нему людіе собиратися, ищуще дѣвственнаго житія, молитвы и труда, ради соединенія людей Востока и Запада, вѣрующихъ во единаго Христа Бога нашего, обаче на многая раздѣленія раздѣленныхъ. А поелику не точію мужіе, но и жены къ таковому дѣланію устремишася, чрезъ нѣколикое время составися монастырь, изъ двухъ половинъ состоящь – изъ мужескія и женскія. Но аще въ древности сицевые монастыри въ Англіи (о кіихъ Досточтимый Беда въ исторіи своей повѣствуетъ) и въ Ирландіи (якоже у преподобнаго Колумбы на островѣ Іоны бяше), и нѣгдѣ по иныхъ мѣстехъ устрояхуся, обаче чрезъ многія вѣки таковый обычай упразднися, и яко же на Востокѣ отнюдь не терпится, и въ Римской церкви до недавнихъ временъ возбраняшеся...
Читать дальше...
Tags: крылья
|
09:41 am
[Link] |
Звезды Кремля горят, путь освещая мой
В отношении к советскому прошлому можно выделить 4 степени принятия / отторжения, которые можно классифицировать как степени осуждения / одобрения последовательных звеньев следующей цепочки: "Я – Страна – Советская власть – Поступки советской власти".
Классификация получается вот какая:- 1й тип людей отрицает в этой цепочке всё, включая и себя самого: «Это моя ужасная страна, с ужасным и закономерным прошлым, и я сам в каком-то смысле виноват в том, что она такая, поскольку я – целиком и полностью её порождение». Такой вот пессимистичный подход – он не очень распространён, ибо слишком мрачен, но иногда встречается. Чем-то напоминает стенания библейских пророков над отступничеством Израиля.
- 2й тип принимает самого себя (считает себя хорошим и цивилизованным), но отказывается от солидарности со всем что идёт в цепочке далее. Это такая концентрированная "эмигрантская", защитная позиция: «Я хороший, а страна плохая, с ужасной историей и отвратительной властью; я случайно здесь родился, не повезло, и неплохо бы свалить отсюда». Очень распространённая позиция. Характерные лексические маркеры: "Совок", "В этой стране", итд.
- 3й тип – патриоты Солженицинской закваски – утверждают: «Это моя страна, любимая родина, оккупированная плохими, демоническими людьми. Мы будем бороться за её освобождение!». Это патриотизм ранних 90х, возвращающихся эмигрантов (типа покойного убитого Хлебникова) и первого наивного церковного возрождения. Старообрядцы могли бы эксплуатировать такой подход, и ещё до революции – в отношении к Николаевской эпохе – кажется, пытались провести размежевание. Но в наши дни идеалистов осталось немного: ведь слишком сложно (невозможно, хотя не все догадываются) провести границу между "настоящими Россиянами" и "гадкими оккупантами". Если человек антисемит, антилатыш, ненавидит Москву (в противовес "регионам") или ещё что-нибудь такое – то придерживаться патриотизма такого типа несколько проще. Но только при сознательном ограничении кругозора. Этот патриотизм не выдерживает поверки жизнью.
- 4й принимает почти всю цепочку, лишь из соображений остаточного душевного здоровья отбросив последнее звено: «Это моя страна, это вполне адекватная сильная власть, с великой историей и великой Победой, и хотя были, конечно, определённые перегибы, но посмотрите на другие страны – у них ничем не лучше! Черчилль был гад, американцы тоже отвратительны, а у нас зато Индустриализация! Жуков! Космонавтика! Балет и Хоккей! итд.». Похоже, в современной России таких большинство (и неудивительно: людям жить хочется, а с ума сходить не хочется; с ума сходить противно).
- 5 – ярый коммунист. Мол, мы вас гадов давили в 1937м, да видно мало. Ну, тут и так всё понятно.
Как-то однажды в "Эксперте" была дискуссия по поводу нового учебника истории, "оправдывавшего" сталинизм (беру в кавычки, потому что не помню концентрацию этого оправдания). Так вот там дискутировали четверо, и эти четверо были замечательно подобраны, ибо каждый придерживался одной из характерных позиций, с 1й по 4ю (5я слишком гротескна чтобы быть интересной). Автор учебника был здоровой личностью (4), Вяземский, если не ошибаюсь, интеллигентствовал в области (3), и ещё двое нагоняли тоску в (1) и (2). Ни до чего путного не договорились, естественно.
Очевидно, что с психологической точки зрения устойчивы (в пределе – лишены внутреннего надрыва) только варианты 2 (некритичный эмигрант) и 4 (некритичный патриот). Неудивительно, что в LJ, скажем, представлены в основном эти формы. Наиболее мучительны формы 1 (философический пессимист) и 3 (активный оптимист). Первый страдает сам об себя (нужна помощь свыше, чтобы смириться со всеобщей слабостью, но при этом не стать депрессивным типом); третий – постоянно больно бьётся о суровую реальность (прежде всего – о невозможность отличить "оккупантов" от "оккупируемых"). Поэтому из этих неустойчивых состояний, как правило, рано или поздно сваливаются в устойчивые состояния. Многие падают в состояние 2 (причём переход 1-2 происходит самопроизвольно, в то время как переход 3-2 обычно оказывается инициирован очередным заказным убийством, ограблением на улице, посещением поликлиники – в общем, разочарованием). Переход 3-4, насколько можно об этом судить, обычно случается, если жизнь потихоньку налаживается. Переход 4-5 весьма редок и связан, видимо, с органическими поражениями головного мозга.
В чём-то все эти попытки "осмысления" напоминают известную концепцию "целостности сознания". Мы хотим видеть себя цельными и разумными. Если мы вдруг, под чьим-то воздействием (медицинским, например), или просто случайно, делаем какой-нибудь поступок, то потом мы, задним числом, всегда пытаемся найти ему объяснение. Мы, например, просто отказываемся признать, что сначала любили кого-то, а потом разлюбили. "Нет", говорим мы, "Я всегда подозревала, что с этим человеком каши не сваришь, просто надеялась что-то изменить, и лишь на практике убедилась, что всё бесполезно". Да ничего подобного! Мы адаптируем прошлое под настоящее. Если правильным оказался ответ 1, то, дескать, мы всегда сомневались в ответе 2. Если мы проиграли – то, дескать, потому, что не выспались, или партнёр достался не очень хороший. Мы корректируем прошлое – в том числе и прошлое той группы, с которой консолидируемся.1
Поэтому права Керсновская: всё забыто и все забыты. Те, кто останутся русскими, постараются забыть, чтобы душа не болела. И со злостью будут клеймить тех, кто помнит. А те, кто не забудут, уже в третьем поколении перестанут быть русскими. И будут иногда писать (по-английски) грязноватые статейки про тех, кто забыл (оправдал): что, мол, это рабы-угнетатели, безнадёжный народ. И в каждый момент будут существовать несколько таких, что одновременно и русские, и помнят, но они всегда будут изгоями, как Иеремия, в лохмотьях, и плачущие.
В чём правда, брат?
Примечания:
1. Я почему-то не смог найти в сети текста Д. Майерса "Психология смирения" (David G. Myers, "The Psychology of Humility"), хотя упорно припоминаю, что где-то его читал онлайн. Возможно, когнитивная ошибка =) Единственное, что могу предложить по теме - это его же Социальную психологию (но там это более разбавлено), и вот этот самопальный на вид список из Википедии.
Tags: Люди, боль, государство
|
|
02:56 pm
[Link] |
Что электрон думает о коммунизме?
Наши рассуждения о Боге чем-то напоминают, наверное, попытки нервной клетки из муравьиного организма постичь концепцию муравейника (всего-то 2 уровня сложности вверх). Или муравью – концепцию биосферы (также 2 уровня вверх). Дело не в пространственных масштабах, и даже не в количестве информации, и даже не в мистических озарениях, – а во вложенности систем.
Пахнет пантеизмом? Не обязательно.
Панентеизм? – Да, пожалуй, но куда же без этого восточному христианину.
Tags: мысли
|
|
10:34 am
[Link] |
Безвольный родитель ныне пошёл
Дочка вчера разошлась, сидит и ругается: – Коля дурак, и папа дурак! Коля обжора, и папа обжора!
Я говорю: – Нюся, я умом понимаю, что тебя за эти слова нужно нашлёпать, но, честно говоря, совершенно нет никаких сил это делать. Пожалуйста, скажи ещё что-нибудь, чтобы я рассердился и нашлёпал тебя. А то без сердитости мне это сейчас вряд ли удастся.
Сидит, молчит.
Я опять: – Пожалуйста, будь добра, рассерди меня чуть-чуть. Скажи что-нибудь обидное! Поругай меня. Тебя от стула и так отдирать сложно, а сейчас мне как назло ещё и неохота. И, получается, ругань останется ненашлёпанная – это же непорядок!
Сидит, молчит.
Так и не удалось провести воспитательную работу.
Tags: дети
|
|
05:03 pm
[Link] |
Красивый страшный ягуар
Песни на чужие стихи и фильмы по литературным произведениям – это хищные виды искусства. Они прекрасны и хороши, но чем богаче их расцвет – тем плачевнее судьба стихотворения или куска прозы, ими съеденного. Как тигры или ягуары. Потому что они пожирают, заслоняют первоначальное произведение, навязывают ему свои образы, пластику, мелодику, ритм. Из богатства возможностей визионерства и озвучания они выбирают что-то одно, впечатывают этот выбор в память читателей, и тихо душат тем самым свободу многочтения.
Два наиболее сильных примера для меня – это "Властелин Колец", съеденный Джексоном, и "Плывёт в тоске необъяснимой", выпитый Фроловой. Оба произведения замечательны, прекрасны, самостоятельны (то есть не вторичны), – и от этого тем сильнее их действие на предшествующий слой, на иной вид искусства. Фродо имеет право на другое лицо, а романс – на другие акценты, но теперь их очень трудно прочесть свежим взглядом. Помочь тут могут только две вещи – или альтернатива (несколько вариантов озвучания –возвращение свободы), или возврат к авторским комментариям (которые иногда делают явной разницу между замыслом и прочтением).
К сожалению, в обоих приведённых выше случаях достойных альтернатив, похоже, нет. Так что остаётся только паломничество к автору. В случае "Властелина" – это чтение других произведений Толкина, книг о нём, и комментариев сына. В случае "Романса" – это заунывное чтение самого Бродского, подобное типографской строке по своей отстранённости. Повезло, что он читал свои стихи именно так. Чтение стихов автором вслух – хорошее противоядие против их невозвратного опесневания.
Tags: музыка, мысли, стихи, язык
|
|
05:27 pm
[Link] |
Interests: Кричать в музеях
Мой сын Коля очень любит орать. Если он начинает орать – то он орёт долго и очень громко. Прекратить ор – трудно, потому что орёт он хорошо, с чувством. Пока не выорет положенные килооры – нужно только терпеливо терпеть.
Однажды этим летом он за один день успел поорать в музее Храма Христа Спасителя, в музее Рерихов (предбанничке, ибо в сам музей нам показалось дорого идти), и в Пушкинском. Так вот интересна разница в результате. Из музея ХХС нас с позором выгнали, сообщив, что "здесь нельзя кричать", и что мы бездарно и плохо воспитываем детей, раз не можем их унять, когда они плачут. В Пушкинском нас не выгнали, а только приложили палец к губам. В Рериховском же – улыбнулись и подарили Коле какой-то бессмысленный значок (чем ор, конечно, сразу же остановили).
Мораль из этого очевидна, но я её формулировать не буду, потому что Пушкинский музей всё равно лучше Рериховского.
Tags: дети, лыт, люди
|
|
10:08 am
[Link] |
Мурка окровавлена лежит
На маршрутках я нынче не езжу, но всё равно время от времени приходится окунаться в мутные волны поп-шансон культуры. Во-первых, в продуктовых магазинах частенько играет "милицейская волна". Во-вторых, в парихмахерской раз в несколько месяцев приходится сидеть целый час под радио. Ну и поневоле наслушаешься.
В этих песнях удивителен внутренний контраст между тем, о чём поётся, и словами, которые при этом используются. Песни – о блатном мире, тюрьме, измене, предательстве, потребительском отношении людей друг к другу. В них постоянные мстительно-беспорядочные половые связи (так это назовём), делёжка самок самцами и наоборот; тюрьма, кровная месть за обиды, деньги, эгоизм, самовлюблённость, самоценность, и какая-то непрерывная дребезжащая грязь. Но при этом чуть ли ни самые частые слова: любовь, сердце, душа, небо. Чуть реже, но всё равно очень и очень часто: ангелы, Бог, батюшка (!), грех, крест, и тому подобное.
Причины, конечно, проще некуда. Кровь-любовь. Чтобы не слишком заботиться о качестве, слова должны быть самыми полярными, самыми густыми, чтобы непременно смерть и жизнь. Белый снег, красная кровь, чёрная душа, горькая расплата. И слушать это – мучительно. Как будто какая-то страшная издёвка. Прокуренным нарочито-испитым голосом кто-то поёт о том, как он ещё недостаточно нагрешил, обещает отправиться погрешить ещё, и при этом обращается через слово к Богу. Хотя на самом деле вся эта песня – скрип мяса на зубах Красной Пасти; той что на западной стене храма. В каком-то смысле – шансон, это самое что ни на есть отборное, концентрированное мирщение. Похоть и гордость. Квасное сусло.
Пока звучит шансон – шансов нет ни на что хорошее. Музыка – это душа народа, ага.
Update: продолжение дискуссии тут.
|
|
10:48 am
[Link] |
Не Бог Философов
Богословие для меня – это что-то вроде философии, прорастающей в область эмоций, а также, отчасти, эстетики. То ли эмоциональная логика, то ли логичные эмоции – не знаю. Но это тот же тип рассуждений, что характерен для философии (поиск гармоничной, цельной, стройной картины мира), только выведенный из сферы чисто рассудочного в сферу сердечного, этического, эстетического.
Tags: мысли
|
|
09:58 am
[Link] |
Переводные книжки
Что за странная манера - переводя книжки, переиначивать авторское название в какое-то подобие Краткого Содержания в Одном Предложении? О. Райту с этим уже дважды не повезло: его большую книжку "Surprised by Hope" перевели как "Главная тайна Библии". А его же брошюрка "Иисус надежда постмодернистского мира" - знаете как называется в оригинале? Догадаться невозможно, потому что называется она "The Challenge of Jesus"! Вот где связь? Я понимаю, конечно, что слово challenge не так просто перевести на русский, но это же не повод!
Вот откуда это, интересно, пошло. Никто же не издавал Толстого под названием "Love, Infidelity and a Locomotive", или Достоевского как "Prince Mouse and the Weird Woman". Не за что, вроде бы, мстить =) Что же мы названия-то корёжим?
Tags: книги
|
|
05:40 pm
[Link] |
Исида и Нефтида
У нас в институте на каком-то там, забыл, курсе был зачёт по мировой культуре. Пытались нас, технарей, сделать хоть немного похожими на людей. Читали нам лекции, и потом спрашивали, не удалось ли нам случайно запомнить из них хоть что-нибудь.
Мне предложили выбрать любой билет из тех, что про древние цивилизации. Я выбрал Египет, потому что помнил про него кое-что. Перечислил кучку богов, у кого какая голова, рассказал про Исиду, Осириса, Нефтиду, и как они его собирали по кусочкам. И под конец решил ввернуть эффектную фразу о том, что, мол, история с Осирисом оказалась довольно перспективной в философском плане, потому что воскресение, мистерия, все дела; так что даже после возникновения христианства мистериальный культ Исиды и Осириса ещё некоторое время соперничал с ним по популярности. Но как-то замялся. Про "перспективность философской идеи воскресения" сказал, а дальше стал искать слово и замялся.
Экзаменатор спросил: Вы что мне, хотите про христианство рассказать?
Я сказал: Да.
Он сказал: Не надо. Идите, вот вам ваш зачёт.
И я ушёл.
И с тех пор меня это воспоминание мучает, ужасно и непрерывно. Он ведь, бедняга, подумал, что я хотел перепеть ему совецкий миф о происхождении христианства из культов возрождающихся богов! Он даже поморщился, когда мне говорил "Не надо". Или это только в воспоминаниях так кажется теперь, что поморщился? Но, так или иначе, каждый раз, как вижу где-нибудь картинку с Исидой, вспоминаю про эту историю. Так и хочется найти его и сказать: однажды много лет назад я сдавал вам зачёт; так вот – я вовсе не собирался говорить, что Христос – это Осирис! Напротив!
Такое вот навязчивое воспоминание.
Tags: лыт
|
|
10:50 am
[Link] |
Мистицизм: с кем бы слиться воедино?
Гностическая мистика стирает границу между мною и Богом, в противовес мiру. Пантеистическая – между миром и Богом, в каком-то смысле в противовес мне. Кстати, похоже, именно мистика такого рода наиболее популярна в наше время (по крайней мере масс-культурная, кинематографическая мистика склоняется именно в эту сторону). Гностический взгляд на мир тоже удобен и прост, но уж очень пессимистичен, поэтому о нём чаще вспоминают на похоронах, чем в кинозалах.
Христианская же мистика дополняет эту картинку до "триады", стирая границу между мной и миром – в противовес Богу. По крайней мере, так, похоже, было изначально в богословии ап. Павла. Человек – не просто часть природы, но голос природы, полномочный представитель мира перед лицом Господа. Именно поэтому чтобы спасти мир Христу не пришлось становиться камнями и кошками – Ему было "достаточно" стать человеком.
Заядлому мистику сложно остановиться на этом, и он скорее всего попытается воссоединить всех трёх персонажей этой драмы: Бога, тварный мир, и человека. Но это уже скорее пережитки метода (потому что полное слияние, безусловно, противоречит библейской вере), и как правило христианские мистики хотя бы на словах сохраняют эту границу, а чаще – даже акцентируют её, в качестве антитезы.
Конечно, эта модель слишком симметрична, чтобы быть правдой. Но всё же какой-то смысл в ней, кажется, есть. Христианская мистика наиболее требовательна, и менее всего способна успокоить человека. Она скорее зовёт к действию, чем утешает.
Tags: гностика, живое, земля, мысли, творение
|
|
09:40 am
[Link] |
Созерцательная молитва
Полгода подряд читал книгу Ганса Урса фон Балтасара "Созерцательная молитва". Книга не очень толстая, но прочесть её до конца, кажется, дело невозможное. Она совершенно однородна, от начала и до конца, как авангардная фуга на органе. Или поезд, который проходит мимо. Вот как с первой страницы автор вдруг начал говорить, так и говорит до последней, с неизменным уровнем глубины и вдохновения, а потом вдруг так же резко замолкает и обрывает книгу. В тексте нет кульминации, логического развития (есть только номинальная смена тем от главы к главе). Можно открыть на любой странице – и получить одинаковую пользу. (Или не получить.) Можно читать с середины. Можно надёргать абзацев и скомпоновать их произвольным образом – впечатление от текста при этом, похоже, не так уж сильно изменится.
Сначала я от этой книги даже как-то закомплексовал. Потом пошёл читать, что о ней пишут в Reading Social, а там такие примерно отзывы: "Ой, это лучшая книга о молитве, какую я встречал в своей жизни! Её совершенно невозможно дочитать до конца; после двух страниц неодолимо тянет молиться! Я читаю её уже шесть лет, и не продвинулся дальше второй главы!"
После этого как-то полегчало. Не то чтобы меня с неё сильно тянуло молиться (у меня скорее наоборот, я мог её читать, только если мне _уже_ изначально хотелось молиться, иначе я не мог заставить себя её даже раскрыть). Но всё же ощущение собственной читательской ущербности несколько отступило.
Tags: книги
|
|
11:21 am
[Link] |
Все мы живущие одновременно
И ещё о транспорте и больших городах. О том, как люди, идущие на работу, стараются любой ценой не заметить друг-друга (делают вид, что каждому из них все остальные - это неровности рельфа, некие пеньки кругом - "Вижу людей как деревья"). Потому что если заметишь - придётся реагировать. А пока не замечаешь - так вроде будто бы и один, никого рядом нет; можно не улыбаться, не говорить, социальная функция выключена; слушай свой плейер и хоть трава не расти. Главное, похоже, - в глаза не смотреть. Не говорить друг с другом, и в глаза не смотреть.
Вот пишет один индус (родившийся уже в UK, и потому полностью акклиматизированный, но Сикх, между прочим) про свою родную Лондонскую подземку:
We all know that the only people who try to talk to strangers on the Tube are either drunk, foreign or mad.
(Все знают, что в метро с незнакомыми людьми разговаривают только пьяные, иностранцы и безумцы). Интересная вообще статья; случайно нашёл, но интересная.
Для Москвы, мне кажется, это тоже очень верно. С некоторыми людьми во дворе я встречаюсь каждый день по 2 раза, но никогда мы не встретились взглядами, потому что они делают вид, что я - клён. Женщина из соседнего дома, о которой я даже знаю (через других соседей), что она родом из Мозыря, а это очень недалеко от места где я родился - т.е. теоретически чуть ли не земляки, а вот. Или начальник смены гастарбайтеров-киргизов, который приходит на работу вовремя, поэтому я каждый день встречаю его в одно и то же время, на одном и том же участке асфальтовой дорожки, напротив детской площадки. Но он ни разу не посмотрел на меня. Всегда сквозь меня. Мы как дети-аутисты друг-другу; мы друг-друга обойдём, если что; даже толкнуть можем, но людей друг в друге ни за что не признаем.
С прошлым дворником (узбеком, кажется) мы здоровались, потому что он смотрел на людей. С нынешним - нет. Мне как-то неловко вытаскивать его "наружу", потому что я для него словно бы не существую. Другие гастарбайтеры, те, что тоже нелегально живут в подвале, - существуют. Он на них останавливается взглядом; на них у него есть ориентировочный рефлекс, саккадические движения глаз. На меня - нет, ни того ни другого. Занятно ведь, правда?
Tags: люди, психология
|
|
10:56 am
[Link] |
Ошо
Я как-то однажды задумался, почему некоторым так нравится Ошо, и ему подобные товарищи и друзья? Как вообще может человек предпочесть что-то New-age доморощенное и личностное, сокровищам и богатствам "традиционной" религии?
Полистал его книгу, и немного о нём. Похоже, помимо очевидной личной харизмы (по некоторым сведениям - на грани гипнотического воздействия), он делал ставку на две очень простые вещи:
1) Он давал людям почувствовать себя религиозными
2) И при этом говорил им, что меняться на самом деле не надо, потому что они и так – самые классные.
Ошисты медитируют, прыгают, машут руками, получают в итоге экстатический, а может и мистический опыт. Они одевают оранжевые одежды и ходят с сакральными предметами – то есть имеют возможность сказать "Я – духовный. Вы, тётя Лида, не духовная, а я – духовный". И при этом – от них решительно ничего не требуется. Ведь Ошо, фактически, явно заявлял, что быть плохим – круто. Быть едким, желчным, жестоким – здорово и весело. Его смех похож на смех гностиков над Распятием. Это смех над неудачниками и слабаками (достаточно посмотреть любое из его интервью на Youtube).
Я где-то видел в Интернете такой комикс: начальник говорит подчинённой "Пожалуйста, будьте дружелюбнее; ваши коллеги жалуются, что вы их обижаете". Она же отвечает: "Дружелюбие – для тех, кто слишком глуп чтобы хорошо острить". Вот-вот, именно этой позиции и придерживался Ошо.
Tags: гностика, ереси, люди, мысли, психология
|
|
09:59 am
[Link] |
О московском метро, или критерии добра
Добрый поступок неизбежно приносит страдание тому, кто его совершает. И это нормально, поскольку связано с самой природой добра. В том, чтобы сделать кому-то что-то хорошее, всегда есть оттенок жертвы, пусть и небольшой. Настоящий праведник, Иов, неизбежно остаётся ни с чем: и вовсе не потому, что мир несправедлив, или что Господь, как капризный правитель, дал сатане власть искушать и вредить. А именно потому, что праведник раздаёт свою жизнь, жертвует её ради того, чтобы принести в мир хоть чуть-чуть добра. И остаётся в итоге на бобах, да ещё и всеми презираемый.
Почему-то людям часто кажется, что добро должно возвращаться назад в виде добра же, поэтому если у человека всё плохо – значит он что-то не так делает. Да нет же! С какой ещё стати? Когда мы пропускаем людей вперёд в транспорте – странно потом сетовать, что некуда сесть. Затем мы их и пропускали, чтобы они сели, а нам было некуда! Не потому же мы их пропускали, что не хотим толкаться; что нам противно прикосновение к ним? (Ну то есть и поэтому тоже, конечно, но всё-таки хочется надеяться, что не только поэтому). Хочется надеяться, что было в нашем не-толкании что-то от вежливости: достойной уважения традиции делать другим добро, отказываясь от чего-то хорошего в пользу кого-то другого. Проходите, садитесь, дорогие незнакомые сограждане, а я уж как-нибудь постою.
И если мы делаем добро как следует, то в транспорте нам некуда сесть. Это нормально. Это и есть наша цель; вернее, хороший критерий того, что цель достигнута.
Примерно так обстоят дела и в жизни. Чтобы дело стало по-настоящему добрым, нужна не только жертва, но ещё и отсутствие благодарности. А если уж благодарности избежать не удалось – то пусть хотя бы соседи возненавидят из зависти, за то что выскочка и «больше всех надо». Или сделают какую-нибудь гадость, за то что помощь досталась не им. Одним словом – добро обязательно должно выйти как-нибудь боком; вернуться назад в качестве зла. Если что-то подобное произошло – значит всё в порядке. Получил больно по голове – значит молодец, хорошее дело сделал. А если хвалят и делают подарки – значит, возможно, добро получилось не очень; не в полную силу. Значит, мы с вами были способны на большее, но чего-то испугались, и не выполнили свой долг до конца.
( Ещё немного рассуждений, тоном чуть повыше )
Tags: боль, люди, мысли, творение
|
[<< Previous 20 entries] |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
komelsky's journal