Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

dwennimmen

О проскальзывающем английском

Время от времени в разговоре с родными (т.е. по-русски, естественно) у меня или проскальзывает английское слово (если я устал), или пытается проскочить (если начеку).

Всякий раз я испытываю сразу две эмоции. С одной стороны, стыдно и неловко, что русский портится, и что приходится прилагать сознательные усилия к тому, чтобы не дать ему смешиваться с английским.

С другой стороны, это интересно, поскольку английские слова, пытающиеся пролезть в русский, далеко не случайны. Всякий раз я пытаюсь интроспективно проанализировать свою речь, и тот ещё не произнесённый набросок её, что я собирался сказать. Чтобы понять, с какой такой кстати вдруг английское слово вышло из отведённого ему участка памяти и нагло вклинилось (или попыталось вклиниться) в русскую фразу. Похоже, английские слова лезут в русскую речь примерно в двух случаях:

1) Если слово означает какую-то местную реалию, которую пока что не пришлось объяснять по-русски, и которая поэтому существует в моём сознании только в своём "англоязычном" варианте. Или может быть даже не местное понятие, но такое, о котором узнал только в Штатах. Скажем, какой-нибудь там "itemized tax deduction" (понятия не имею как это по-русски будет), или, допустим, "school science fair" (выставка школьных проектов посвящённых науке и естествознанию?)

Или вот ещё хороший пример: outreach. У меня в CV целая графа есть отдельная, целый раздел под названием "outreach", и от меня, помимо прочего, ожидается, что я по крайней мере несколько раз в год должен делать этот самый outreach. Но я, при этом, понятия не имею, как это переводится на русский. Я могу дать определение: outreach - это "социально-ориентированная деятельность, имеющая целью популяризацию моей академической дисциплины среди населения, и в особенности среди социо-экономических слоёв населения традиционно не охваченных образовательными программами". Но одним словом это на русский я пока переводить не умею.

2) Нормальные, не специализированные слова, которые могли бы быть в русском языке, но которых почему-то нет. Например вчера мы с дочкой смотрели видео на ютубе, в котором лысый дядька довольно неловко объяснял правила игры Dungeons and Dragons (вот это видео). И я сказал, типа по-русски: "Какой-этот дядька creepy". Оконфузился, конечно. Но штука в том, что в современном американском "creepy" - это очень частотное слово, но у него нет прямого русского эквивалента. Lingvo, например, утверждает, что creepy - это "бросающий в дрожь" и "вызывающий страх". Но это не "creepy", это уже "scary". "Creepy" можно отнести к чему-то, что вызывает неловкость и настороженность; некую неприятную опасливость, которая находится на границе страшного или отвратительного, но при этом эту границу не переходит. Например если вы приходите к коллеге домой, а у него ваши фотографии стоят на столике, наподобие алтаря. Это не то чтобы страшно. Это может быть страшно, это потенциально страшно, но пока не страшно. Пока что это "странно", но с некой потенциальной возможностью "страшности". По-американски: "creepy".

И вот когда в мозгу возникает семантическая ниша для какого-нибудь такого этакого слова, то мозг иногда ошибается и "заруливает" в неё несмотря на то, что в данный момент "включён" другой язык. И возникает конфуз.

Сказануть слово по-английски - это, конечно, не единственный способ оконфузиться. Например если вместо семантических английских рельс голова ошибочно встаёт на синтаксические английские рельсы, то получается нелепая калька. Например случайно говоришь что-нибудь вроде "Я не знаю если это даже возможно" (I don't know if it is even possible). Если сильно устать, то начинается это дело, увы. И приходится всё время быть начеку, чтобы не скатываться с литературной речи на суржик.
dwennimmen

Чем Провиденс не Москва: 97. Похвалы в учении

А то вот ещё интересная тема, отчасти связанная и с вежливостью, и с упоминавшимся чуть выше самомнением и саморекламой. Здесь в последние, насколько можно судить, годы, выработалась тенденция всё время хвалить учеников в процессе обучения.

Ключевое слово тут: “Good job!” - то есть, вроде как, “хорошо сделано”, “отличная работа”. Молодец, типа. Всё, куда ни плюнь, good job! Ребёнок-первоклассник какие-нибудь обрывки жалкие криво приклеил к листу, мимоходом между хулиганством и пофигизмом, и вот ему сразу “Good job! Well done!” Много похвал, никакой критики. В младших классах часто вместо оценок рисуют рожицы, мол, если улыбается рожица - значит хорошо, а если плачет и грустит - значит плохо. Но только она почти всегда улыбается. Что бы дитя ни делало - всё равно улыбается.

То же самое в секциях. Вот поехали 20 детей на соревнования по художественной гимнастике (плаванию, футболу, танцам, пению - чему угодно). И некоторые вернулись домой с призами. А именно - все 20 человек с призами как раз и вернулись. Штуки 3 из приехавших получили первый приз. Ещё человек семь - второй. 15 - третий. Десять человек - приз зрительских симпатий. Ещё несколькеро - приз за артистизм. Приз в юношеской категории. Приз среди ветеранов. Приз имени Джорджа Поплавски, пожертвовавшего деньги на развитие секции. Приз по плаванию прямо. Приз по плаванию криво. Словом, создаётся ровно столько призов, сколько нужно, чтобы одарить каждого участика соревнований. И все едут домой с медалями. Ну не мило ли?

Причин тут основных - две. Одна - чисто коммерческая, и в основном распространяется на всякого рода секции. Вот есть, допустим, девочка Джулия. Она может пойти к русской учительнице по фортепиано, и там ей будут ставить пальцы, поднимать руку, заставлять играть гаммы, поправлять кисть, тыкань линейкой в спину чтобы улучшить посадку, и потом гонять по каким-нибудь этюдам Черни и прочим кругам ада. А можно пойти к американской учительнице, и та даст переработку Леди Гаги в четыре руки (чтобы с педагогом играть, чтобы хорошо звучало), кисти из-под клавиш доставать не будет, а только похвалит, даст наклейку с маленькой пони, и скажет “Great job! Well done!”. К русской учительнице приди неподготовившись - она будет честить минут десять кряду, корить, стыдить, причём и дитя и маму, по Макаренковской системе. А американская - улыбнётся, поставит ноты Леди Гаги, и по десятому разу то же самое, теми же корявыми пальцами. А какая разница? Платят же за время, а не по количеству пьес. И в консерваторию девочке не идти, так что можно играть коряшками из-под клавиатуры, на Леди Гагу хватит.

В результате у русских учительниц фортепиано, или допустим скрипки, - все ученики - азиаты. Корейцы, китайцы, может изредка еврейские детки. А все американцы - у американских учителей. Где “Good Job”, и никакого стресса.

Другая причина - суды и скандалы (с угрозами суда). О судах, может, напишу ещё отдельно, но вкратце: вот сегодня не дали юному Дэниелу награду на соревнованиях, а завтра его мама устроила скандал и подала в суд, что у Дэниела теперь стресс и психологическая травма, и Дэниел не может спать, учиться и ходить в туалет, а может только есть в больших количествах пиццу, поскольку это единственное, что помогает его стрессу. В результате начальник спортивной секции плюёт на это всё дело (причём плюёт заранее, упреждающим плевком, не дожидаясь скандала), и просто даёт награды всем и каждому. Так легче.

Или вот например сразу у нескольких знакомых в школе такое правило, что нельзя приглашать отдельных учеников из класса к себе на день рождения. Можно или всех - или никого. Потому что если пригласить всех кроме Изабеллы, а Изабеллу не пригласить - это будет Изабелле ужасная травма. Повод, как видите, вполне добрый и хороший: борьба с травлей (школьники ведь очень даже любят друг-друга травить). Борьба с группками и разного рода вредностями в школе. Но, с другой стороны, подход - совершенно дикий. И логика такая же как и с наградами: чем долго и трудно наводить порядок в психологической жизни класса легче защититься от риска судебных исков одним простым, быстрым движением, запретив приглашение не-всех одноклассников на дни рождения.

Нормальная конкуренция, низкие оценки, трудные награды и требовательные тренеры тут тоже есть. Но их надо искать, и за них зачастую приходится изрядно платить. Потому что это будут люди небезразличные, и потому почти элитарные.

Напоследок поясню, наверное, на всякий случай: я вовсе не утверждаю, что это плохо, когда хвалят. Просто русскому человеку это непривычно, поскольку в России что безразличные, что замученные нагрузкой учителя, воспитатели в садах, и прочие физруки, как правило, детей чмырят и унижают. А в Штатах, в аналогичной ситуации, безразличные или усталые воспитатели - хвалят. Проблемы те же, но проявления разные, и надо это знать, чтобы вовремя вычислить, где учителям и тренерам всё равно, а где они искренне пытаются что-то сделать.
dwennimmen

Жесты: ещё одно дополнение

Жена, прочтя мою запись о жестах, удивилась, что я упомянул только два жеста. И напомнила мне ещё о некоторых, что более распространены в России, чем в Провиденсе, или наоборот. Поэтому давайте-ка я напишу небольшое дополнение.

Ещё один жест, что более популярен в Провиденсе, чем в Москве (хотя ныне, с глобализацией, начал проникать и в Россию) - это "кавычки в разговоре". Выглядит это так: человек говорит, говорит, и время от времени поднимает руки с двух сторон от головы, и показывает таких "зайчиков" двумя пальцами, и при этом "зайчики" "ушками" "кланяются". Это как будто бы значит вокруг тех слов, что человек говорил в этот момент поставлены кавычки. То есть эти слова были произнесены не серьёзно, а как бы с издёвочкой. Когда зайчики кланяются ушками, можно ещё в этот момент трошечки присесть, и как бы скукситься набок, и может гримаску чуть чуть сделать, и голосом ещё немного подчеркнуть, что это были кавычки, и потому издевательское, а не прямое значение слов.

Например: - Я сегодня был на "работе" (гримаска и зайчики), и там нас "учили" (гримаска опять) как планировать свой день, чтобы работать "лучше" (опять гримаска и зайчики).
Значит на самом деле это и не работа, и не учили, и не лучше, а лабуда и эксплуататорство.

Даже среди провиденсцев злоупотребление зайчиками считается признаком "образованщины". Простой люд зайчики не использует, но и люди высокого полёта тоже стараются ими не злоупотреблять, потому что эти "кавычки в речи" имеют обыкновение становиться жестом-паразитом. Соответственное "слово-паразит", кстати, тоже имеется - звучит как "quote on quote", и если человек совсем уже заражён этим делом, то такой может одновременно с "зайчиками" всякий раз говорить "quote on quote" для пущей многозначительности. Меня от такого плющит, конечно, потому что утомляет очень, эту всю разметку видеть и слушать.

Наоборотный жест, который в Москве знают все, но который ровным счётом ничего не значит для американцев, - это фига (она же дуля). Фигушки, мол. Если верить Википедии, то этот жест понимают во всех славянских странах, и, в меньшей степени, Турции и Румынии, и этим, похоже, список и ограничивается. В Штатах он не значит ровным счётом ничего. Настолько ничего, что в школе, куда мои дети ходят, например, у них есть такое правило: если ребёнок хочет выйти в туалет, то он должен поднять руку, но не с ладошкой, как для ответа, или если что-то спросить, а с фигой-дулей. Держит ребёнок дулю - значит хочет в туалет. Учитель это видит, и говорит, мол, Изабелла, можешь выйти, только бегом, не задерживайся. Мы с женой когда от этом правиле узнали, очень удивлялись. Ничего себе, фигу в потолок держать!
dwennimmen

Энциклопедия повседневности: Как в Штатах ищут работу профессора

Поскольку я в этом году впервые балуюсь поисками постоянной работы (пусть и не вполне сурьёзно пока), то чтобы повысить общее понимание вопроса среди населения, вот решил написать на эту тему образовательный пост.

Начинается всё с того, что институт, университет, или, допустим, колледж, решает, что им нужен новый профессор. Иногда потому что они растут, чаще потому что кто-нибудь уходит на пенсию, или происходит какая-то вялая реорганизация дисциплин. Нужен, стало быть, новый профессор, и надо его искать. Конечно, бывают и "междусобойчики", когда ситуация в каком-то смысле обратная: есть человек, которого хотят, и под него создают должность профессора, но, во-первых, это происходит гораздо реже, а во-вторых, думать об этом смысла никакого нет, потому что с нами, простыми людьми, такого точно никогда не произойдёт.

Ну и вот, допустим, университет решил, что нужен профессор. Где-нибудь в августе-месяце, стало быть, университет пишет объяву на какой-нибудь хороший сайт (чаще всего - на Science careers):
http://jobs.sciencecareers.org/searchjobs/?keywords=chemistry&widget=true&Search=Search+Jobs
В это объяве указывается, кого ищут, и в какой департамент (факультет), и всячески намекают на разные параметры будущего кандидата. Например, какие темы более привлекательны, или какие возможны сотрудничества, или обязательно ли чтобы у человека был опыт постдочества, или свеженький PhD тоже подойдёт, и всякое такое. Я, например, когда ищу, сразу отслеживаю, упомянут ли опыт финансирования (если да - то я не пройду конкурс), упомянуто ли учительство (если нет - то мне эта позиция не интересна), итд итп.

В ответ на объявление по всему миру постдоки начинают подготавливать пакеты документов. В пакет обычно входит cover letter (одна страничка текста, в которой очень коротко указано, почему мы, как кандидат, лучше всех, и чем мы уникальны, и отчего нас нужно нремедленно нанять); CV (это как резюме, только длинное и научное); research statement (это типа план грядущих исследований), и teaching statement (какова наша философия в учении, и какие курсы мы готовы и хотим учить). Тут возможны варианты. Некоторые места хотят 3 наиболее показательные публикации, некоторые - teaching portfolio (это вроде как обстоятельная похвальба о том, как и чему мы учили в прошлом). Упёртые и самые крутые исследовательские институты вообще не запрашивают teaching statement, потому что им на учёбы плевать. Колледжи, которые по рейтингу ниже где-то 80го места, не запрашивают наоборот research statement, потому что никакой особой науки там не предвидится: у них на неё нет ни денег, ни места, ни времени. Соответственно, пакет везде немножко разный, и даже по составу пакета можно кое-что понять об этом месте.

Стало быть, в сентябре где-то народ подаётся на эти самые работы. В наши дни на одно место присылают где-то 200-300 аппликаций, то есть дофига. Поэтому в престижных университетах специально обученные люди сидят и продираются через эти документы, и первое, что они делают - это т.н. "триаж" (triage). Идея в том, чтобы сразу выкинуть, даже не читая, как можно больше комплектов документов. Например подаётся химик на позицию биолога (и явно не написал в cover letter, почему это так) - в топку. Недостаточно публикаций - в топку. Крупный университет, а нет ни одной статьи в "гламурном журнале" (Science, Nature, Cell) - в топку. Опечатка в первом абзаце - в топку. Явно писали, что нужен опыт финансирования, а у человека нет такого опыта - в топку. Таким образом удаётся сразу сократить список где-то до 100 аппликаций.

На следующей стадии для всех, кто прошёл этот предварительный отсев, запрашиваются рекомендации. Человек, ищущий работу, должен заранее заручиться поддержкой 3х или 4х профессоров, которые бы написали этому человеку очень-очень хорошие рекомендательные письма. Письма эти конфиденциальны, т.е. сам аппликант не должен, по идее, знать, что в них (и обычно не знает). Хорошее письмо должно быть как минимум 2 страницы длиной, а лучше - 3 или 4, то есть много-много детальной, аргументированной хвалы. Идеальный набор профессоров - это начальник, у которого аппликант защищал PhD, начальник у которого делал postdoc, ещё один знакомый профессор, и какая-нибудь большая знаменитая шишка, который бы согласился написать пусть и короткое, но очень позитивное письмо. Всех этих 3-4х человек нужно уговорить аккуратно и своевременно высылать письма для каждой вакансии, на которую наш страждущий соискатель подаётся.

Пару недель спустя (как будут получены все рекомендации) в каждом университете специально обученные люди (а на деле - несколько измученных профессоров, которым выпало в этом году искать коллегу) садятся читать документы уже более-менее внимательно. Их цель - на основе этих документов отобрать человек 10-20 наиболее перспективных кандидатов. Остальным, стало быть, пишется отказ.

С этими 10-20 кандидатами созваниваются, в наши дни чаще всего по скайпу, т.е. в режиме видеоконференции, и задают несколько стандартных вопросов. Мол, а почему вы к нам хотите? А что вы умеете? А откуда вам знать, что вы к нам хорошо впишетесь в коллектив? А какие у вас планы на то и на сё. По результатам этих телефонно-скайповых интервью отбираются где-то 5 человек.

Этих пятерых (примерно) приглашают уже в гости, на кампус. Им оплачивают перелёт и проживание (одну ночь), и в течение двух дней их непрерывно мучают. Сначала прямо с самолёта ведут обедать, и смотрят, как они едят, и умеют ли говорить, и вежливо общаться, и вообще, приятный ли человек. Потом на следующий день заставляют читать формальную лекцию о своей работе и исследованиях, а также ещё одну менее формальную лекцию: в исследовательских институтах в качестве этой второй выступает бурная дискуссия о плане исследований на будущее и планах на выбивание финансирования, а в учебных колледжах обычно просят прочитать урок студентам. В промежутках между лекциями человека заводят на пол-часа к каждому из будущих потенциальных коллег, и они все беседуют. И к начальникам (ректору там, декану) - тоже ведут. И ещё на обед потом ведут опять. И потом отпускают уже с добром восвояси. То есть по сути дела это одно огромное интервью длиной в полтора дня, в течение которого оцениваются все параметры сразу: и хороший ли учёный, и хорошо ли объясняет, и убедительные ли планы на будущее, и есть ли учительский талант, и какой выйдет из этого кандидата коллега, и подготовился ли, разузнал ли заранее про колледж - всё подряд.

По окончании этой эпопеи они там у себя в колледже сходятся, делятся впечатлениями, и решают, кто из пяти - лучше всех. Потом сразу быстро звонят счастливчику, поздравляют, и опять зовут, чтобы приехать. И предлагают работу. На этой стадии происходит обсуждение условий контракта: сколько зарплата, и сколько дадут денег на обустройство лаборатории, и какие критерии окончательного трудоустройства после шести проверочных лет, и сколько учительской нагрузки, и в каких комитетах и комиссиях сидеть. Если кандидат очень крутой, то такой может и не согласиться. Тогда колледж начнёт спешно дёргать второго по списку. Ну и так далее.

Вот такая вот, товарищи, эпопея, этот самый поиск работы.
dwennimmen

Чем Провиденс не Москва: 60. Типографика

 

В Москве и Провиденсе пишут по-разному, и язык, на котором пишут - это хотя и главное, но не единствевенное различие.

Акценты бывают не только в языке, но и в письме. Вот несколько примеров.

В качестве разделителя целой части от дробной в России, официально, по крайней мере, используют запятую, а в Штатах – точку. Мне тут привыкать не пришлось, потому что я где-то с седьмого класса школы перешёл на точку, в явочном порядке, под воздействием программирования. Поскольку за точкой – будущее. Но факт, однако: официальные нормы различаются.

При письме запятые, точки с запятой и тире тут ставят иначе. С запятыми и точкозапятыми всё более-менее просто: есть правила, или вернее несколько альтернативных правил, по которым их нужно ставить. И ведутся неустанные бои по поводу того, какое именно правило – самое правильное. (См. Oxford Comma). С тиреми – чуть смешнее, потому что тут есть два тире, короткое и длинное, а у русских - только одно. Update: ниже в комментариях утверждают, что я всё напутал в первоначальном варианте этого поста, так что я путаницу удалил слегка. Так или иначе, меня зрительно коробило поначалу, что в американских книжках вокруг длинного тире в предложении не ставятся пробелы, а вместо этого оно вплотную прилипает к словам, которые разделяет. Поначалу неудобно такое читать, но привыкнуть можно. Впрочем, то, что в диалогах не используется тире, - это ещё непривычнее, поначалу-то.
http://en.wikipedia.org/wiki/Dash

А то ещё есть такой специальный "выспренный" штиль письма (например официальные письма так часто пишутся), когда между словами пишется один пробел, но между предложениями – два. Это считается вроде как изящно и торжественно.
http://en.wikipedia.org/wiki/History_of_sentence_spacing#French_and_English_spacing

В рукописных текстах у русских тоже имеется свой акцент, поскольку русские и американские почерки – различаются. Пока с иностранцами не начнёшь обмениваться записочками, то и не догадаешься, что так дело обстоит, а оно вона как: во всех странах есть свои стандарты курсива, которым учат в школе. И хотя у взрослых вырабатывается свой личный почерк, он всё равно сохраняет какие-то следы того, как их в школе маленькими учили. В Германии, например, была раньше своя курсивная система, на основе готического алфавита, да такая заковыристая, что современный народ её прочесть не может:
http://en.wikipedia.org/wiki/S%C3%BCtterlin

В Штатах всё не так экзотично, и ближе к тому курсиву, которому русских детей учат в школе, но всё равно специфика имеется. В плане буков самое сильное отличие от русской практики – в том, что в Штатах люди моложе где-то тридцати лет, как правило, курсив не используют, а пишут печатными буквами. Меленькими такими, скруглёнными, скорописными печатными буквами, но всё-таки не соединёнными в сплошную вязь, а отдельными друг от друга. Моих детей в школе тоже курсиву особо не учат. Пару уроков в третьем классе было прописей, но так, скорее для разнообразия. А вообще все печатными фигачат. Поэтому когда русский пишет курсивом, выводя английскую r наподобие русской курсивной ч, то это некоторым американцам бывает вдиковинку.

С цифрами ещё интереснее. Казалось бы – русская цифра 6, или, скажем, 9, так и будет по-английски 6 или 9. Но штука в том, что в школах их тут учат писать их несколько иначе, чем в России: на другие закорючки обращают внимание. Поэтому возможна путаница. Я соствавил тут небольшую таблицу, в которой показаны "образцовые" цифры (по краям), и некие "промежуточные формы", в серединке. Русский и американец эти "промежуточные формы", скорее всего, прочтут как разные цифры, потому что на разные завитушки будут смотреть. Скажем, русская шестёрка всегда имеет сверху завиток, но зато не может лежать на боку. А американская – может на боку лежать, а завиток не обязателен. Зато у русской четвёрки вот этот изгибчик слева весь обычно лежит в верхней половине буквы, примерно на такой же высоте как верхнее ушко у восьмёрки. А у американской четвёрки – провал чуть ли не до самого пола. Отсюда возможная путаница.



Вот вам для примера реальные корявые циферки (из статьи о сложностях автоматического распознавания почерка). Впечатлитесь о шестёрку и девятку. Впрочем и двойку тоже: она тоже совершенно не-русская (на греческую альфу похожа), но хоть по крайней мере не смешивается ни с какой другой цифрой.



Update: О, смотрите, с китайскими цифрами у народа тоже проблемы. Тоже своя локальная традиция письма выработалась, и шестёрка ещё сильнее смешивается с четвёркой, а девятка и вовсе испортилась вникуда:
http://www.sinosplice.com/life/archives/2013/06/19/handwritten-chinese-numbers-alternative-arabic-numerals
denkyem

Зарисовки

Дочери Анне в класс сегодня должны привезти с фермы куриные яйца и инкубатор, чтобы дети вывели цыплят и посмотрели на них как следует. А потом, через три недели с небольшим, фермер приедет и увезёт цыплят обратно на ферму. Анна очень воодушевлена и обеспокоена приездом яиц. Анна нарисовала плакат, красивый, с надписью: "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ К НАМ В КЛАСС!". Ходила задумчивая с утра, вздыхала, мол, "Ах, если бы ещё читать умели!". Но всё равно плакат в школу понесла.

* * *

У нас на этаже есть небольшого вида студент с очень-очень низким голосом. Таким низким, что я даже если встану, выпрямлюсь, и прижму подбородок к груди, всё равно на его ноте не могу ни слова сказать. Если я буду здороваться с ним как я обычно здороваюсь, то у нас будет разница где-то в октаву. Если буду его "имитировать", искусственно понижая голос, то будет разница примерно в терцию. Мне неловко его имитировать - он ведь может обидеться! Но в октаву здороваться тоже как-то тупо. Поэтому я здороваюсь с ним в квинту.
dwennimmen

Чем Провиденс не Москва: 38. Улицы ночью

 

38. В Москве приятно бывает вечерком по улицам погулять, а в Провиденсе - нет.

Итак, покупки и паспорта доставляют на крыльцо, что по московским меркам звучит как "спокойный район". Однако ночью все ужасно боятся ходить по улицам. Ночью – улицы – пусты. И тому есть несколько причин.

Первая, и главная: что у всех машины. Поэтому никто не ходит пешком, а все ездят. И в результате улицы пусты.

Вторая, и тоже главная: что у всех есть машины. Поэтому плохие парни всегда могут приехать в район к хорошим парням, быстро их ограбить, и уехать на машине обратно в свой плохой район. Поэтому тоже улицы пусты.

Наконец, ещё одна причина состоит в том, что поскольку улицы пусты, то и нечего тратить электроэнергию на освещение. Фонари стоят тусклые, жёлтые, редкие, примерно как в селе Головановка Целинского района Ростовской области. И, как следствие этой относительной темноты... правильно – улицы пусты.

Это производит странное впечатление, на самом-то деле. Вот стоит прекрасный, тёплый, ароматный майский вечер. Но на улице пусто. Да, надо признать, плохие парни любят студентов частного университета имени Николая Николаевича Брауна, потому что студенты эти, как правило, люди обеспеченные, и если их как следует потрясти, из карманов выпадут и деньги, и айфон-другой. В то же время, студенты машин не имеют (негде парковать), а по улицам ходят поздно (кто занимается дотемна, кто на вечеринках пьянствует). Поэтому почти каждый месяц кого-нибудь на улице грабят. Но, с другой-то стороны, если пересчитать на душу населения – то не так уж много и грабят. И, к тому же, грабят ведь именно потому, что никого на улице нет, что студенты предпочитают вызвать бесплатный микроавтобус, что развозит их вечером по домам, чем пройти домой эти жалкие два квартала. Положительная обратная связь получается. Все боятся – на улицу не ходят – на улице никого нет – так что все боятся.

Такая вот печальная дребедень в области вечерних гуляний тут наблюдается.
gye nyame

Россия – Великая Страна

У меня в голове живёт своей жизнью список статеек, которые стоило бы сюда написать, но всё времени не хватает. Вот так и об этой я стал думать ещё год назад, то есть это не реакция на текущие события, а в каком-то смысле продуманная, обмозгованная мысль. Но сейчас, наверное, как раз подходящее время её изложить.

Итак – по приезде в Америку становится ясно, что Россия – это великая страна. Почему по приезде? Потому что я помню это ощущение, что у меня было в России, – что мы тут на переферии, и рок-музыка у нас вторичная, и попса некудышная, и правительство не работает, и экономика дурацкая, и науки нет. Вот там – развитой мир, культурный, а у нас – глухая провинция, деревня, край мира. Никто о нас, русских, ничего не знает, и знать не хочет, а только на экзотику ведутся – мол, водка, ушанки, медведи.

Дак вот любопытно, что это всё – неправда. Россия – вовсе не на переферии мира, а в каком-то смысле вполне себе в серёдке его! Я вот по чему сужу: можно пытаться подчитать неофициальный "индекс интересности страны", просто в лоб суммируя все упоминания о той или иной стране. Ходить по улицам, на лекции, в магазины, книжки читать, новости смотреть – и просто приписывать плюсик всякий раз, как упоминается какая-нибудь страна, язык, народ, культура. Политический лидер, анекдот, штамп, заимствованное слово – что угодно, лишь бы было явно привязано по географически-культурному принципу. В цифрах я этого не делал, но общее ощущение у меня постепенно сложилось. Какие страны окажутся победителями в таком "соревновании", если проводить его в моём окружении? (которое, конечно, не совпадает с окружением среднего жителя Северной Дакоты, но с другой стороны, может быть это и не очень интересно, что там в Дакотах происходит, а интересно как раз – что в университетах случается, среди тех людей которые хотя бы в теории на что-то вокруг хоть как-то могут повлиять).

Ну, на первом месте после Америки будет, наверное, Китай. А может быть и Англия – ибо история. Ещё в числе первых, конечно, окажутся Германия и Франция – потому что экономически развитые, очень культурные, и с богатой исторей. Мексика – просто потому что рядом и сильно влияет (в первую очереднь через нелегальную иммиграцию и наркоторговлю, то есть это как "Таджикистан" для москвичей). Япония, наверное, – потому что тоже могучая, и с характерной культурой. Потом – Россия.

И все остальные страны – Италии, Дании, Канады, – все они существенно потом. Россия в таком "рейтинге" будет занимать весьма высокое место – и, вот честно скажу, я совершенно не предполагал, что оно будет так. У меня был до приезда сюда какой-то комплекс неполноценности по поводу своей страны. А теперь нет!

Конечно, львиная доля этих упоминаний – это ссылки на Советский Союз, из которых треть – это Спутник-Гагарин, треть – Холодная Война, и ещё треть – всякий сталинизм дурацкий. Конечно, другая львиная доля – это Чайковский, Достоевский, Толстой, Шостакович, Мусоргский и другие, – то есть те, кто, по большому счёту России больше не принадлежат эксклюзивно, а стали всемирным достоянием. Ещё некая существенная часть русского культурного влияния – через евреев ашкенази, из России бежавших (да и Россия в этом случае выходит обобщённая, с Украиной, Польшой и Беларусью заодно). Но тем не менее! Здешний президент Обама в своей ежегодной речи (зимой ещё) упоминал Китай, Мексику – и Россию. В книжках встречаются не только "sputnik", но и такие нелепые слова как "apparatchik", например. На каждой третьей научной лекции я вдруг совершенно неожиданно слышу что-нибудь про Россию: то русский язык в пример приведут, то Павлова вспомнят, то вдруг расскажут про изучение спячки у сибирских лис, то выяснится, что русские изобрели какой-то очень полезный флюоресцентный маркер, о котором я даже не слышал... Регулярно вспоминают Россию когда показывают всякие "невозможные картинки" (вроде пахоты на машинах, дверей в середине глухой стены на уровне третьего этажа итд.) Это стереотип здесь есть такой очень мощный – в России возможно, регулярно происходит и считается нормальным то, что не может происходить ни в одном другом месте на земле. Не обязательно даже плохое – главное, чтобы трудно было поверить. Популярность, конечно, та ещё, но факт остаётся фактом – у России есть весьма мощный образ, и она активно присутствует в головах здешних жителей. Это не задворки, а такая яркая, мощная краска на палитре мира. Путина здешний народ знает и обсуждает куда чаще чем, скажем, Чавеса, Лукашенко, Мугабе или даже Кастро. Иногда в отрицательном ключе (глядите, какой он опасный и против демократии), а иногда и в положительном (смотрите какой мачо – не то что наши). Или вот, например, знаете сколько курсов по русскому языку, литературе и истории даётся в нашем университете? Около трёх десятков! А в независимом книжном магазине на соседней улице продаётся - в английских переводах - не только Булгаков, Салтыков-Щедрин и Чехов, а ещё и Гоголь, Сигизмунд Кржижановский (!), Татьяна Толстая, Сорокин и Пелевин. Каково? Да, здесь сильный факультет славистики, но факт остаётся фактом. Россия по-прежнему очень и очень заметна.

Это не единственное, что заставляет меня считать Россию (в её нынешнем виде) – великой страной. Я никак не соберусь написать о школьном и высшем образовании (которое, похоже, является самым живучим образованием в мире, оставаясь весьма эффективным даже в ситуации, когда оно по всем возможным "общим соображениям" давно дожлно было умереть). О русской медицине, которая очень похожа в этом отношении на образование (при всей её кошмарности, если посчитать эффективность в виде результата на рубль – она окажется очень даже на высоте – главным образом за счёт самоотверженности врачей, мне кажется; – но это отдельная сложная тема, о которой я ещё обязательно напишу). Но Перельман, скажем, – это ведь не Лобачевский, а вот, живой и настоящий, с авоськой за хлебом ходит. Или как вам тот факт, что Русская Википедия – по крайней мере 8я в списке википедий на национальных языках? (а может и пятая – смотря по какому признаку считать). Википедия – тоже не Лев Толстой – тоже не вчера, а сейчас, а может быть даже завтра.

Я что хочу сказать. Меня ужасно бесит дурацкий местечковый патриотизм и шапкозакидательство, мол "запад прогнил, Россия победит". Это глупо, потому что и в западном мире, и в Китае каком-нибудь, есть много всего интересного, хорошего, и много чему есть поучиться. Но сдаётся мне, что даже этот замыкательно-отрицательный патриотизм – на самом деле следствие комплекса собственной неполноценности, стыда за свою страну, что ли. Мол, Советский Союз запускал штуки на Венеру, а теперь вот штука на Марс не улетела – давайте теперь комплексовать и всех ненавидеть. За то что они нас не любят и не ценят. Да, не все любят, но в каком-то смысле очень даже ценят. А на Марс и в Союзе ничего толком не летало – к Венере летало, а к Марсу нет. Судьба такая. И нечего тут страдать и зарываться в пыльные музейные тряпки, в ностальгии по утраченному величию, будь они кумачово-красные, имперско-золочёные или какие-нибудь там льняные красным крестом вышитые.

Ну да, разбазарили великую страну, опозорились. А Германия не опозорилась два раза подряд? А Япония? А Штаты – слыхали обо всех этих демонстрациях, что с пол-года по всей стране идут? У КПРФ в Штатах есть, кстати, совершеннейший аналог – это республиканская партия. Общее у них вот что: есть лозунги и ключевые слова, которые настолько устарели, что придерживаться их в практическом плане – не представляется возможным, но при этом и отбросить нельзя, потому что в них – идентичность бренда, и патриотизм значительной части населения (половины в Штатах, трети – в России). Только у одних серп и молот, Ленин и Маркс, а у других – орёл, высказывания отцов-основателей и Библия, специальным южным образом истолкованная. А в остальном – близнецы братья. Я к чему это? У каждой страны есть свои взлёты и падения, и каждая переодически ломает что-нибудь хорошее, или доводит что-нибудь хорошее до такого состояния, что оно сгнивает и обваливается едкой трухой. Само по себе это ещё мало что означает в практическом плане. Чаще всего великие страны переставали существовать не оттого, что делали что-то глупое, а оттого, что теряли идентичность – бывали завоёваны, меняли веру, границы – что-нибудь в таком духе. Но это пока что в России, к счастью, не стоит на повестке дня. А то, что стоит, при должном усердии, спокойствии и оптимизме (!) кажется, по крайней мере со стороны, вполне решаемым.

Так что удачи нам всем =)
dwennimmen

Orthodox Christian Fellowship

В прошлый понедельник, на местном собрании православных (кружок, студенческая группа при университете), читал доклад «Душа, тело и нейрофизиология», о том, что дихотомическая модель (Тело-Душа) – это очень плохо, от неё все проблемы, и с наукой не согласуется, и с Писанием тоже, а вот трихотомическая модель (Тело-Душа-Дух) – это, наоборот, очень здорово. Хочу им постепенно прочесть «тайный курс лекций по нейротеологии», на разные интересные темы.

Пришло, к сожалению, кроме нас с батюшкой, всего двое студентов. Но зато слушали хорошо, и дискуссия получилась очень оживлённая. С платонизма, и неправильной веры в воскресение, немедленно съехали на целибат и монашество. Я надеялся только вскользь это дело упомянуть и дальше бежать, к занятным клиническим случаям, но уж очень тема болезненная, и, к тому же, ведь вышла чисто мужская компания. Немедленно оказалось, что и батюшка в своё время пол-года в сарае в горах один жил, и один из пришедших студентов вот только-только решил не уходить в монастырь, а жениться вместо этого на девушке Татьяне из соседнего прихода... В общем, красота. Где ни копни, среди серьёзных православных, у всех сходным образом голова повёрнута. Разошлись, в результате, чуть не заполночь.

В будущий понедельник, надеюсь, услышим доклад о византийском пении; каких-нибудь более понятных его аспектах. Не знаю только, как собрать народ. Формально в листе подписки – дюжина человек, и ведь не отписываются совсем, но и не ходят. Я уж и демократию ввёл, мол, сами выбирайте, что обсуждать, по очереди; и отчёты-анонсы исправно рассылаю, всё по науке; и уровень обсуждений заметно поднялся по сравнению с началом прошлого семестра (из-за того что тема заранее анонсируется), а всё равно не ходят. Ладно, посмотрим. Может сарафанное радио рано или поздно заработает.
denkyem

Просто ссылки

http://aschmann.net/AmEng/
Карта диалектных произношений (акцентов) английского языка в Северной Америке - с примерами. Сначала текст, потом карта среднего размера, и, наконец, Огромная карта со ссылками на примеры. Очень занятно - хотя при этом более ужасного оформления данных я давно уже не видел. Наверное это называется "Infographics blindness".

http://ukassertiveness.com/wp-content/uploads/2010/11/Marks-Cat-Phobia-HR-Habituation-Curve1.jpg
Как вылечить самого себя от фобии - просто сесть и терпеть. На этом графике показано, как изменялся сердечный ритм у человека, который смертельно боится котов, и которого заставили сидеть рядом с котом. А потом ещё и сесть поближе. А потом ещё и потрогать. Всё это отмечено на графике - просто замучательно! (источник)

http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/20826312
Я совершенно тащусь с молекулярных биологов! В какой-то момент им надоело называть новые гены "классическими" комбинациями букв и цифр (наподобие RWLA12b), и они стали называть их Обычными Словами. Например "Сверхзвуковой Ёжик". Или "кларнет". Обычными - но только при этом совершенно случайными словами. И вот, наконец, видимо, критическая масса такого рода "креативных названий" набралась, и стали возможны статьи с заголовками типа вот этого: "Gilgamesh is required for rutabaga-independent olfactory learning in Drosophila." (Гильгамеш необходим для брюкво-независимого обонятельного обучения у дрозофил). Брюквонезависимое! Кайф.

http://blogs.discovermagazine.com/gnxp/2010/08/1-in-200-men-direct-descendants-of-genghis-khan/
Как показывают генетические исследования, в среднем, из 200 мужчин на планете - один окажется потомком Чингиз-Хана (всё потому, что на огромной территории вокруг Средней Азии - каждый пятый является потомком Чингиз-Хана). Механизм тут простой - сначала правитель делает кучу детей, потом все они делаются маленькими правителями городов и префектур, потом то же повторяется на уровень ниже - и попутно каждый из них ещё плодит несколько незаконнорожденных. И вот - вуаля - у 20% мужчин общий предок. Вот поразительная карта на эту тему:


http://blogs.discovermagazine.com/gnxp/2010/12/verbal-vs-mathematical-aptitude-in-academics/
С того же блога - замечательнейшие диаграммы, на которых показано, для американских ВУЗов, как выбор специальности (major) коррелирует с выпускными школьными оценками по математике и "литературе" (обобщённому гуманитарному письменному тесту). Очень мило. Философы - самые умные из всех вообще (я так думаю, только самые умные могут позволить себе рисковать настолько, чтобы идти в философию). Физики - самые умные из технарей, экономисты - из гуманитариев.